Акмолинский лагерь жён изменников Родины

«АЛЖИР»
«АЛЖИР»

Акмолинский лагерь жён изменников Родины (А. Л. Ж. И. Р.) — разговорное название 17-го женского лагерного специального отделения Карагандинского ИТЛ в Акмолинской области, Казахстан (19381953).

Крупнейший советский женский лагерь, один из трёх «островов» «Архипелага ГУЛаг». Название связано с составом заключённых, значительная часть которых была репрессирована в соответствии с оперативным приказом НКВД СССР № 00486 как ЧСИРы — «члены семей изменников Родины»[1] Существовало и другое разговорное название лагерного отделения — «26-я точка», так как лагерь располагался в 26-м посёлке трудопоселений[2] (сейчас село Акмол (бывшая Малиновка) Акмолинской области Казахстана).

В 1938 году в лагере находилось около 8 тысяч заключённых женщин, в том числе 4 500 ЧСИР. Еще около 1 500 ЧСИР находилось в других отделениях Карлага[3].

История лагеря

 
Памятник

Создан на основе приказа Народного комиссариата внутренних дел (НКВД) СССР от 15 августа 1937 года в населённом пункте Тонкерис (Малиновка) юго-западнее города Акмолинск (ныне город Нур-Султан — столица республики Казахстан) как отделение Карагандинского лагеря (КарЛАГ). В соответствии с постановлением ЦИКа СССР от 8 июня 1934 для членов «семей изменников Родины» было установлено наказание в виде лишения свободы от 5 до 10 лет или ссылка в дальние районы Сибири на 5 лет. Лагерь «АЛЖИР» занимал территорию в 30 га. Имелось несколько отделений в Карагандинской и Акмолинской области.

В 1931 году на месте будущего АЛЖИРа было образовано спецпоселение № 26 для спецпереселенцев, высланных из Саратовской области[4]. В дальнейшем сюда привозили спецпереселенцев из других местностей СССР: в 1932 году - из Белорусской ССР, через год - 54 семьи из Крыма, позднее к ним добавили семьи спецпереселенцев из МАССР и Украинской ССР[5].

Лагерь был открыт в начале 1938 на базе 26-го посёлка трудопоселений как исправительно-трудовой лагерь «Р-17». Начиная с 10 января 1938 года в лагерь начали приходить эшелоны. В течение полугода отделение переполнилось, и руководство Карлага вынуждено было вначале временно распределять очередные этапы осуждённых ЧСИР по другим лаготделениям, а к осени создать ещё одно специальное отделение для ЧСИР — Спасское.

С 29 декабря 1939 года официально включён в структуру Карлага как «Акмолинское отделение Карагандинского исправительно-трудового лагеря» (до этого времени формально подчинялся непосредственно ГУЛагу НКВД СССР).

В начале 1950 года лагерь «АЛЖИР» был ликвидирован, однако вплоть до реабилитации в 1958 году осуждённые не имели права возвращаться на прежнее место жительства[6]. В 1953 году 17-е акмолинское лагерное отделение Карлага было закрыто.

Начальники отделения

  • Бредихин, Александр Иосифович — в 1938[7]
  • Баринов, Сергей Васильевич — конец 1930-х — начало 1940-х[8].
  • Юзипенко, Михаил Терентьевич — руководил ЛО в годы ВОВ

Условия содержания заключённых

«Климат казахской степи очень суров.

Испепеляющая 40-градусная жара и тучи насекомых летом, 40-градусные морозы зимой. И круглый год — не утихающие степные ветра. Зимой — со снегом. Летом — с песком».

«Первые эшелоны пошли в АЛЖИР в январе 1938-го — в самые морозы. 30 гектаров земли, обнесённые двумя рядами колючей проволоки, саманные бараки — это и был концлагерь. Женщин заставляли строить бараки для новых узниц, работать в поле.

И до сих пор не известно точно, сколько женщин, стариков и детей навсегда остались лежать в общих степных могилах близ деревни с весёлым названием Малиновка».[9]

В отличие от большинства лагерных отделений Карлага, 17-е отделение было обнесёно несколькими рядами колючей проволоки, были установлены вышки охраны. На территории лагеря располагалось озеро, заросшее камышом. Камыш служил для отапливания бараков зимой и для строительства летом.

Условия содержания не отличались от общих в Карлаге. Существовавший первые полтора года режим «особого лагерного отделения»[10] накладывал дополнительные ограничения на заключённых. В частности, была запрещена переписка, было запрещено получение посылок, существовал запрет на работу по специальности. Тем не менее, большинство женщин с «нужными» лагерю профессиями работали по специальности[11]. Специалисты гуманитарного профиля (музыканты, поэты, учителя и т. д.), получившие на медицинской комиссии категорию «ТФ»[12], были заняты на сельскохозяйственных полях и в качестве подсобных рабочих на стройке. Больные, немощные, старики и дети работали на вышивальной и швейной фабриках[13].

Отношение местного населения к заключённым

По воспоминаниям, местное население с недоверием относилось к рассказам женщин-заключённых о причинах их заключения в лагерь[14]. Хотя контакты местных жителей и заключённых были ограничены, но под строительство лагеря у местного населения изъяли значительную территорию[15]. На этой территории было несколько казахских аулов и семь поселков с «европейским» населением (всего 4 861 хозяйство с 21 979 человек)[15]. Из-за строительства лагеря всё это население было переселёно в другие районы Карагандинской области[16]. Часть скота, принадлежащего местным жителям, была изъята для нужд лагеря[16]. Казахи также подкармливали узниц сталинского лагеря куртом[17], который ошибочно воспринимался охранниками за камни.

Дети в АЛЖИРе

Некоторые женщины, находящиеся в АЛЖИРе, имели маленьких детей, совместно с которыми содержались. Были среди заключённых беременные женщины. Положение изменилось в 1951 году. 24 апреля 1951 года из советских мест заключения были освобождёны все женщины, находящиеся в состоянии беременности и имеющие в лагере детей, а также многие женщины, имеющие детей, пребывавших вне лагеря[18].

Известные узницы

Во время Великой Отечественной войны в лагере «АЛЖИР» содержалось более 8 тысяч женщин. Среди них — сестра маршала М. Н. Тухачевского, жена и дочь А. С. Енукидзе, жёны С. Сейфуллина, Б. Майлина, Т. Рыскулова, С. Кожанова, Т. Жургенова, Н. Нурмакова, С. Асфендиярова и многие другие[6].

Акмолинские новомученицы

На Архиерейском соборе Русской православной церкви в августе 2000 года 12 узниц Акмолинского женского лагеря прославлены в сонме новомучеников и исповедников Церкви Русской для общецерковного почитания:

  • Евдокия Прохоровна Андрианова — монахиня (ст. 58-10[19], приговор дважды — 3+8 лет ИТЛ, расстреляна в 1942 году);
  • Анна Антоновна Водоланова (г. р. 1890) — крестьянка (ст. 58-10, приговор — 6 лет ИТЛ, расстреляна в 1942 году);
  • Акилина Степановна Дубовская (г. р. 1892) — крестьянка (ст. 58-10, приговор — 10 лет ИТЛ, расстреляна в 1942 году);
  • Наталия Фёдоровна Копытина (г. р. 1885) — крестьянка (ст. 58-10, приговор — 8 лет ИТЛ, расстреляна в 1942 году);
  • Александра Михайловна Смолякова (г. р. 1880) — крестьянка (ст. 58-10, приговор — 10 лет ИТЛ, расстреляна в 1942 году);
  • Ирина Лаврентьевна Гуменюк (г. р. 1885) — крестьянка (ст. 127[20] , приговор — 8 лет ИТЛ, расстреляна в 1942 году);
  • Ксения Михайловна Радунь (г. р. 1875) — крестьянка (ст. 127, приговор — 5 лет ИТЛ, расстреляна в 1942 году);
  • Марфа Ивановна Дударенко (г. р. 1885) — крестьянка (ст. 58-10, приговор — 3 года ИТЛ, расстреляна в 1942 году);
  • Домна Ефимовна Василькова (г. р. 1887) — крестьянка (ст. 58-10, приговор — 3 года ИТЛ, расстреляна в 1942 году);
  • Татьяна Игнатьевна Кушнир (г. р. 1889) — крестьянка (ст. 58-10, приговор — 2 года ИТЛ, расстреляна в 1942 году);
  • Наталия Семёновна Карих (г. р. 1885) — староста церкви (ст. 58-10, приговор — 8 лет ИТЛ, расстреляна в 1942 году);
  • Иустина Матвеевна Меланич (г. р. 1887) — крестьянка (ст. 58-10, приговор — 2 года ИТЛ, в лагере приговорёна к 10 годам ИТЛ).

Всего в 1942 году было казнёно около 50 женщин — заключённых АЛЖИРа.

Музейно-мемориальный комплекс памяти жертв политических репрессий и тоталитаризма «АЛЖИР»

Музейно-мемориальный комплекс памяти жертв политических репрессий и тоталитаризма «АЛЖИР» открыт 31 мая 2007 года по инициативе Президента Республики Казахстан Н. А. Назарбаева в ауле Акмол Целиноградского района Акмолинской области, на месте прежней «26-й точки» трудпоселения, где было создано Акмолинское отделение Карлага, которое позже получило название Акмолинский лагерь жён изменников Родины. Открытие музея было приурочено к 10-летию со дня принятия в 1997 году указа «Об установлении дня памяти жертв политических репрессий — 31 мая», 70-летию с момента начала массовых политических репрессий. Автором музейно-мемориального комплекса является заслуженный архитектор Казахстана С. Ж. Нарынов.

Память об АЛЖИРе

  • Казахский исследователь З. К. Сураганова в 1990—1991 годах находилась в Малиновке, записывая интервью с бывшими заключёнными АЛЖИР, их родственниками и охранниками лагеря[21]. Собранный материал (а также переданные ей фотографии) Сураганова сдала на хранение в областной архив Целиноградской области и Целиноградский областной историко-краеведческий музей[22].
  • В 2019 году на канале НТВ состоялась премьера 11-серийного телесериала Александра Касаткина «А. Л. Ж. И. Р.».

Другие женские лагеря СССР

Помимо АЛЖИРа в СССР функционировали три «женских» лагеря[23]:

Примечания

  1. Оперативный приказ НКВД СССР № 00486 «Об операции по репрессированию жён и детей изменников Родины»
  2. 26-й трудпосёлок начал строиться в 1932 году спецпереселенцами («кулаками») из Белоруссии, в 1933 году туда были высланы спецпоселенцы из Крыма, Молдавии и Украины. В 1936 году здесь началось строительство детской колонии, в 1938 году на базе колонии организована т.н. 26-я точка
  3. Всего в 1938—1939 годах по приказу № 00486 в СССР было арестовано и направлено в лагеря около 18 000 ЧСИР у которых было изъято 25 342 ребёнка
  4. Сураганова З. К. АЛЖИР как феномен «женской» несвободы в репрессированной памяти казахского народа // Северо-Восточный гуманитарный вестник. — 2018. — № 5 (22). - С. 65.
  5. Сураганова З.К. АЛЖИР как феномен «женской» несвободы в репрессированной памяти казахского народа // Северо-Восточный гуманитарный вестник. - 2018. - № 5 (22). - С. 65.
  6. 1 2 Алжир (лагерь) // Казахстан. Национальная энциклопедия. — Алматы: Қазақ энциклопедиясы, 2004. — Т. I. — ISBN 9965-9389-9-7.
  7. Анцис Мария Лазаревна. Воспоминания бывшей узницы Акмолинского лагеря жён изменников Родины «АЛЖИРа»
  8. Сергей Баймухаметов. АЛЖИР в Казахстане: ад для «жён изменников Родины»
  9. Би-би-си | Проекты | Судьба «спецконтингента»
  10. Режим «особого лагерного поселения» действовал до завершения операции по репрессированию ЧСИР
  11. Среди «нужных» особо востребованы были инженерно-строительные специальности, учёные и специалисты в области сельского хозяйства, ветеринарии, в какой-то мере были востребованы врачи
  12. Категория «ТФ» — годен для тяжёлого физического труда
  13. Изделия Акмолинской вышивальной фабрики пользовались большим спросом, в том числе за рубежом
  14. Сураганова З. К. АЛЖИР как феномен «женской» несвободы в репрессированной памяти казахского народа // Северо-Восточный гуманитарный вестник. — 2018. — № 5 (22). — С. 67.
  15. 1 2 Сураганова З. К. АЛЖИР как феномен «женской» несвободы в репрессированной памяти казахского народа // Северо-Восточный гуманитарный вестник. — 2018. — № 5 (22). — С. 66.
  16. 1 2 Сураганова З. К. АЛЖИР как феномен «женской» несвободы в репрессированной памяти казахского народа // Северо-Восточный гуманитарный вестник. — 2018. — № 5 (22). — С. 68.
  17. Как казахи помогали узницам АЛЖИРа. ForbesKazakhstan (7 февраля 2015). Дата обращения 15 февраля 2015.
  18. Сураганова З. К. АЛЖИР как феномен «женской» несвободы в репрессированной памяти казахского народа // Северо-Восточный гуманитарный вестник. — 2018. — № 5 (22). — С. 69.
  19. Согласно статье 58-10-2 Уголовного кодекса РСФСР 1926 года: Пропаганда или агитация, содержащие призыв к совершению отдельных контрреволюционных преступлений с использованием религиозных предрассудков масс, приравнены к контрреволюционному восстанию и влекут за собой высшую меру социальной защиты — расстрел или объявление врагом трудящихся с конфискацией имущества и с лишением гражданства… Данная статья использовалась в основном для преследования церковных служащих и при подавлении недовольства населения при разграблении церковного имущества. — См. s:Уголовный Кодекс РСФСР редакции 1926/Редакция 11.01.1956.
  20. Статья 127 Уголовного кодекса РСФСР 1926 года: Воспрепятствование исполнению религиозных обрядов, поскольку они не нарушают общественного порядка и не сопровождаются посягательствами на права граждан… Применялась в основном для подавления недовольства верующих передачей имущества их церквей другим конфессиям (чаще всего сектантского толка)
  21. Сураганова З. К. АЛЖИР как феномен «женской» несвободы в репрессированной памяти казахского народа // Северо-Восточный гуманитарный вестник. — 2018. — № 5 (22). — С. 65 — 66.
  22. Сураганова З. К. АЛЖИР как феномен «женской» несвободы в репрессированной памяти казахского народа // Северо-Восточный гуманитарный вестник. — 2018. — № 5 (22). — С. 65.
  23. Сураганова З. К. АЛЖИР как феномен «женской» несвободы в репрессированной памяти казахского народа // Северо-Восточный гуманитарный вестник. — 2018. — № 5 (22). — С. 65.

Литература

Из КНЭ:

  • Тасымбеков А., Крик души. Архипелаг Алжира, Алма-Ата, 1994.
  • Адилет. Материалы круглых столов и семинаров, Алма-Ата, 1995.
  • Дильманов С., Кузнецова Е. КарЛаг, Алма-Ата, 1997.

Ссылки

При написании этой статьи использовался материал из издания «Казахстан. Национальная энциклопедия» (1998—2007), предоставленного редакцией «Қазақ энциклопедиясы» по лицензии Creative Commons BY-SA 3.0 Unported.